65e40043     

Нестерова Наталья - Двое, Не Считая Призраков



love_contemporary prose_contemporary Наталья Нестерова Двое, не считая призраков Вы никогда не мечтали встретиться с Зигмундом Фрейдом? Или с собственным прадедушкой, погибшим в Гражданскую войну? Для Антона Скробова эти вопросы не такие уж и праздные.

У него уникальный дар, он может общаться с представителями потустороннего мира. Вечерами его встречают дома любимые родители, умершие много лет назад, иногда и другие гости с того света заглядывают.

Они не слишком докучают, ну, попросят иногда весточку кому передать, Антону не в тягость. Но стоит ему впервые в жизни влюбиться, как все меняется. Оказывается, избранным быть не только приятно, но и смертельно опасно…
ru ru Black Jack FB Tools 2006-08-02 OCR: ACh 9EA8E9BE-6672-486C-9D5C-9D2B35B088CD 1.0 Нестерова Н. Двое, не считая призраков: Роман Центрполиграф М. 2002 5-9524-1530-Х Наталья НЕСТЕРОВА
ДВОЕ, НЕ СЧИТАЯ ПРИЗРАКОВ
Не стой над моею могилой в слезах.
Меня здесь нет, и я не прах.
Надпись на могильном камнеЧасть первая
АНТОН СКРОБОВ
ПРЕДЫСТОРИЯ
Таня и Антон чистили зубы и полоскали рот. Час назад они уже совершили гигиенические процедуры — в плановом вечернем порядке.

Теперь им пришлось делать это второй раз, в наказание за плохие слова и под строгим присмотром мамы, которой звук телевизора не помешал уловить, что в детской разгорелась подушечная война. Мама отложила вязанье и пришла к ним. Несколько секунд слушала обмен комплиментами: «дура — сам придурок, дебил — вонючка, гадина — червяк навозный»… Наблюдала за полетом постельных принадлежностей и игрушек, попадавших точно в цель, то есть в лицо сына и тут же в физиономию дочери, по причине близкого расстояния между кроватями. Мама встала на линию огня и противно-строгим голосом, когда строгий, ее голос всегда противный, крикнула:
— Прекратить! Это еще что такое!
Даже не разобравшись, кто зачинщик и виновный, сразу потащила деток в ванную сдирать с языков и зубов следы бранных слов.
Семилетняя Танька, дылда, на голову возвышается над раковиной. А пятилетний Антон подбородком елозит по мокрому холодному краю раковины. Танька незаметно пинает брата ногой и цедит, отвернувшись от мамы, белыми пенистыми губами:
— Кретин!
У Антона изо рта вырывается фонтан зубной пасты, обильно разбавленный слюной, и он вопит:
— Скотина гадская!
— Так, — сердится мама, — значит, не хотите успокоиться? Хотите, чтобы плохие слова навечно у вас во рту остались? Тогда будем их глотать. Рыбьим жиром запивать.

Каждому по ложке!
— Она первая! — Голос у Антона дрожит от подступивших слез. — Танька первая обзывалась! Сволочь!
— Две ложки! — Мама неумолима.
Она поворачивается и успевает увидеть обидную рожу, которую Танька брату скорчила.
— А тебе, как старшей сестре, которая должна хороший пример показывать, — три ложки!
Антон шмыгает носом, втягивая не успевшие пролиться слезы. Теперь плакать нечего — справедливость восторжествовала, Таньке хуже досталось.
Рыбий жир — самая отвратительная вещь на свете. Проглотишь его — и уже ничего не хочется, даже Танькиной смерти. Антон часто думал: почему рыбий жир не используют как смертельное оружие?

Им, например, армии противника можно поливать или секретные тайны у шпионов выпытывать. Однажды Антон с сестрой поделился, у них тогда мирный период был, кивнул на экран телевизора, где носились бойцы и стреляли.
— Я бы на плохих рыбьим жиром, из шланга. Вж-ж-ж… и готово.
— Тогда бы кино быстро кончилось, — разумно заметила Танька.
Она права. Рыбий жир в больших количествах способен убить жизнь на планете Земля в считаные мгн



Назад