65e40043     

Нестайко Всеволод - Необычайные Приключения Робинзона Кукурузо



ВСЕВОЛОД ЗИНОВЬЕВИЧ НЕСТАЙКО
НЕОБЫЧАЙНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ РОБИНЗОНА КУКУРУЗО
ГЛАВА I
МЕТРО ПОД СВИНАРНИКОМ
— Вот архаровец, авантюрист желторотый! Ванькаа! Вылазь сейчас же! А то такого чёсу задам — неделю вспоминать будешь.

Вылазь, слышь — вылазь!
Мы лежим в густом бурьяне за овином1, уткнувшись в землю носами, и не дышим.
— Вылазь, убоище, а то хуже будет! Ты ж меня знаешь!
— Знаю, знаю, — еле слышно вздыхает мой друг и наконец отваживается подать голос. Диду! — жалобно отзывается он.
— Давай, давай!
— Диду! — ещё жалобнее повторяет мой друг. — Вы отойдите за хату, мы вылезем.
— Они ещё мне условия ставят, вышкварки! А ну вылазьте!
— Да мы ж не хотели. Мы ж хотели метро, такое, как в Киеве.
— Я вам дам метро. Я вам такого метра дам, что…
— Мы ж не знали. Мы сейчас все зароем — ничего и видно не будет. Ещё и свинарник почистим. Отойдите, диду.
Долго ещё продолжаются переговоры. Наконец дед в последний раз ругнулся, закашлялся и, шаркая хромой ногой, поплёлся за хату.
Мы вылезаем из бурьяна.
Возле свинарника нас встречает гундосым хрюканьем пятипудовая свинья Манюня, пятнистая, как географическая карта.
— Уу, скотинище!
Это из— за неё мы попали в такую неприятность.
У нас была благородная идея— прорыть под свинарником метро. Это должно было быть для всех сюрпризом. Первая линия метро в Васюковке!

Станция «Овин», станция «Кривая груша». Три копейки в один конец. Родственники — бесплатно.

С учительницы арифметики — пять копеек.
Мы уже подрыли почти до половины свинарника, и вдруг произошла непредвиденная катастрофа — проклятая свинья Манюня провалилась в наше метро. Провалитьсято она сумела, а вот вылезти — дудки! И подняла такой визг, что прихромал дед. Ну и…
Тяжело вздыхая, мы засыпаем метро. Время от времени боязливо оглядываемся — как бы опять внезапно не появился дед и не надрал нам уши. Хоть и сказал он, что не тронет, пока не кончим, но кто его знает… Надо быть начеку.

Вы б послушали, как он ругался, когда Манюню вытаскивал. Ох и ругался! И где он только словам таким научился — ни в одном словаре не найдёшь!
Но деда не видно. И, пока мы работаем (а дело это долгое, нудное и противное), я вас познакомлю со своим другом.
Вы, конечно, знаете, что есть такой остров — Ява. В Индийском океане. Тот, который Ява, Суматра, Борнео, Калимантан…
Ну так Ява — это не остров.
Ява — это и есть мой лучший друг и напарник Ява Рень.
Наверное, вы думаете: что это за имя такое странное — Ява? Должен вам сказать, что это он сам себя так назвал, когда ему ещё и года не было. То ли он хотел сказать «я Ваня», а получилось «Ява».

То ли «Иван» у него так вышло (потому что на самом деле его Иваном звать), но только прицепилось к нему имя Ява, как репей к собачьему хвосту. Даже милиционер товарищ Валигура, что живёт в нашем селе, так его называет.
У них вообще вся семья интересная.
Папа на скрипке играет. Корова Контрибуция называется. А дед Варава (вы уже с ним знакомы) охотник заядлый.

На охоте, когда стреляет, левый глаз платком завязывает. Потому что левый глаз у него без правого не прищуривается. Если левый прищурит, правый сам собой закрывается.
Но зато и меткий же дед Варава. Ох и меткий!
Городские охотники, которые на «Волгах» из Киева приезжают, только ахают.
«Вы, дедушка, абсолютный чемпион», — говорят.
В честь старого Реня даже озеро, что возле нашего села, Реневым прозвали.
Мама же Явина — депутат райсовета, звеньевая кукурузоводов.
Как— то Ява с Иришкой, сестричкой своей младшей, поссорился и при всех надавал ей ту



Назад